— Э-э-эх! — закричит третий возница и пустится догонять первых.

И вот летят упряжки как ветер, и не остановить их!

Быстрее всех летит всё-таки первая упряжка, на которой едет Окся. Впереди мчится Норка. Окся держится обеими руками за сани, чтобы не свалиться.

— Э-э-эх! — кричит возница.

И олени мчатся, а впереди снег и пустыня, снег и пустыня!

Что-то вдруг в воздухе нарушает величественную тишину. Это самолёт. Он летит, оставляя пять светлых полос в морозном воздухе. Какая же это пустыня? Раньше тундру называли «халмерью», что значило «пустыня смерти». Оказывается, в тундре всюду живут люди, ездят оленеводы на запряжках, есть города и посёлки. В один из них — в Седловую — и едет сейчас Окся.

Вот приехали в Седловую. Тут построены настоящие дома. Окся не отрывая глаз разглядывает их: вот какие они красивые!

Сначала отец и другие оленеводы со своими ребятишками зашли в дом к учительнице. Вот тут-то Окся и увидела, как хорошо жить в таком доме. Учительница вышла им навстречу.

— Пойдёмте, пойдёмте! — говорила она.

И Окся, и Северин, и все остальные ребята вошли в комнату. Это совсем не то, что войти в чум, где, даже если топится печка, темно!

Они вошли в светлую комнату, в которой горели невиданные Оксей лампочки. Светло было как днём.

Учительница объяснила:

— Это лампочки дневного света.

Заметив, что Окся с удивлением смотрит на гладкие светло-жёлтые стены, она прибавила:

— Стены у меня обиты картоном. Это такая толстая, прочная бумага. Ты бумагу видела?