В 1891 году присяжные заседатели Московского окружного суда признали бывшего корнета Николая Герасимовича Савина виновным в ранее совершенных четырех крупных мошенничествах, и он был осужден на ссылку в Томскую губернию. На суде, помимо прочего, выяснилось, что у Савина вспыльчивый и опасный характер. Поэтому предписывалось при сопровождении Савина в Сибирь предпринять самые строгие меры по его охране. Особо рекомендовалось поселить его в таком месте губернии, где за ним мог быть обеспечен надежный надзор.

Томский губернатор, получив такое предписание, назначил местом жительства ссыльного самую отдаленную местность — Нарымский округ; там, среди дикой тундры и непроходимых болот, в свое время отбывали наказание декабристы.

Савина поселили в селе Кетском, на глухом и пустынном берегу Оби, где жили в основном остяки (ханты). Но разве мог Николай Савин, бывший конногвардеец, привыкший к всеобщему поклонению и блестящей светской жизни, снести такое унижение — жить среди полудиких местных жителей, да еще без элементарных жизненных удобств? Для талантливого и изобретательного афериста даже в столь отдаленных, труднодоступных местах ссылки безвыходного положения не существовало. Продумав ряд вариантов освобождения и обманув зорко следивших за каждым его шагом полицейских чиновников, он бежал после нескольких месяцев ссылки. Несмотря на повсеместное оповещение о его побеге и преследование, Савин сумел разными способами преодолеть расстояние около 5 тысяч верст и оказался в Саратове, где имел небольшое поместье и мог раздобыть немного денег на первое время.

Еще по пути к Саратову Савин на пароходе познакомился с неким Минаевым, студентом Томского университета. Общительный и обаятельный бывший корнет узнал от собеседника, что его отец, постоянно живущий в Петербурге, содержит наемные экипажи и хорошо известен среди конских барышников и торговцев фуражом. Бывший кавалерийский офицер лошадей любил и знал, поэтому его изобретательный ум подсказал новую аферу — нужно было только присвоить имя и фамилию Минаева, о многих подробностях деловой и личной жизни которого ему стало известно от словоохотливого попутчика.