Еще одной важной отличительной особенностью восточнославянских мифов было то, что они существовали только в устной форме. У нас нет ни одного письменного источника, в котором бы языческая традиция была представлена «изнутри», то есть с точки зрения ее носителя. У древних славян во время сложения мифов и бытования их до момента запрещения язычества не было письменности. Письменность появилась лишь с принятием христианства. Кое-какие сведения о языческих богах и верованиях были зафиксированы в памятниках средневековой книжности: летописях и сочинениях раннехристианской эпохи на Руси. Однако христианские книжники в своих проповедях, обличениях и «словах» против язычества описывали древние предания и религиозные представления исключительно с критической позиции: как враждебные и опасные. Попытки описания и объяснения некоторых элементов языческого мировоззрения славян предпринимались византийскими писателями, начиная с VI века, и позже — в эпоху Средневековья — иностранными историками, путешественниками, послами, посещавшими Древнерусское государство. Но и эти письменные источники содержат взгляд на раннеславянскую мифологию с точки зрения «внешнего» наблюдателя, который зачастую неверно представляет себе культуру чужого народа.
Отсутствие древних письменных источников, которые можно было бы назвать прямыми и достаточно полными, затрудняет возможность представить исчерпывающую картину языческих верований восточных славян. Поэтому на современном этапе возможна лишь реконструкция отдельных элементов славянской мифологии, особенно представлений о высших богах языческой Руси.