Сражение у деревни Лесной продолжалось в течение всего дня – с 8 часов утра и до 19–20 часов вечера.

Петр Первый атаковал так внезапно и сильно, что успел нанести противнику потери прежде, чем тот построился. Сильным пушечным огнем из леса русские заставили отступить сначала полки Делегарди, Сталя, затем Гензиуса и Левенгаупта.

Около 11 часов царь стал выстраивать гвардейскую бригаду вдоль опушки леса. Левенгаупт решил не допустить выхода всех русских сил из леса. Четыре батальона с десятью пушками и четырьмя конными полками по флангам атаковали русских гвардейцев: пять батальонов в резерве были готовы поддержать эту атаку. Интересно, что против шести батальонов преображенцев и семеновцев оказался их старый «знакомый» еще по боям в Лифляндии В.А. Шлиппенбах.

Шведская пехота правого крыла сбила Ингерманландский и Невский полки, захватила четыре пушки и грозила охватом с фланга, но развить успех не смогла: на помощь пришли преображенцы и семеновцы. Понесшие потери передние русские шеренги отводились за задние, а при надобности и в лес, как в укрытие. «Ежели б не леса, то б оныя выиграли, понеже их 6 тысяч болше было нас», – писал позднее Петр Первый адмиралу Ф.М. Апраксину. Когда наступление шведов выдохлось, царь снова приказал построить боевую линию для атаки. В ответ Левенгаупт выкатил тяжелые орудия, и русские вновь отступили.

Но к этому времени подтянулся весь корволант. После полудня бой возобновился. Русские начали очередную атаку, имея в первой линии восемь батальонов пехоты и четыре драгунских полка. За ними шла сильная кавалерия, во второй линии – шесть, а за ней еще два драгунских полка. И эта линия поддерживалась пехотой, хотя и в два раза меньшей числом, чем пехотная поддержка первой линии. Две линии вместе с кавалерией вышли из леса и стали огнем теснить противника к вагенбургу – поставленным впритык повозкам. С тыла на охрану обоза накатывались казаки. Залпы плутонгами (взводами) и батальонами гремели один за другим.