«Вчера я узнал, что Вы беспокоитесь узнать о силе и движениях неприятеля. Чего ради вчера же был у французов один, а сегодня посещал их вооруженною рукою, после чего опять имел с ними переговоры. О всем случившемся посланный мною к Вам ротмистр Алексеев лучше расскажет, ибо я боюсь расхвастаться»

Справедливости ради отметим, что, кроме названных выше, были и другие командиры армейских партизанских отрядов. Так, историк Николай Алексеевич Троицкий в своей книге «1812: Великий год России» пишет: «Главным же образом армейские партизанские отряды, называвшиеся еще и партиями, начали создаваться в Тарутине: первым из них был отряд капитана А.С. Фигнера, вторым – капитана А.Н. Сеславина, адъютанта Барклая-де-Толли, третьим – полковника кн. Н.Д. Кудашева, зятя Кутузова. Всего еще до начала контрнаступления Кутузов сформировал в Тарутине 10 таких отрядов: кроме перечисленных, это были отряды генерал-майора И.С. Дорохова, полковников И. Ф. Чернозубова, И.Е. Ефремова и кн. И.М. Вадбольского, майоров С.И. Лесовского и В.А. Пренделя, поручика М.А. Фонвизина».

К этому списку следует добавить еще несколько фамилий командиров военных партизан.

1 сентября 1812 года командир корпуса генерал Петр Христианович Витгенштейн направил к Дриссе казачий отряд полковника Марка Ивановича Родионова 2-го, а 10 сентября 1812 года – отряд подполковника Непейцына.

Также не следует забывать, что в сентябре 1812 года, во время маневров русской армии, Михаил Кутузов приказывал оставлять отдельные казачьи разъезды, которые увлекали противника по ложному следу, скрывая путь движения русской армии. Так, 17 сентября 1812 года был оставлен отряд в составе двух казачьих полков под командованием полковника Ефремова. При движении армии к Подольску на Тульской дороге были оставлены три казачьих полка под командованием полковника Балабина. Эти отряды не только увлекали противника по ложному следу, защищали населенные пункты от неприятельских войск, но и сами переходили в удобных случаях к партизанским действиям. Казачьи разъезды поддерживались отрядами вооруженных крестьян, о которых французский офицер Брандт говорил, что «эти отряды гораздо сильнее испанских гверильясов, хотя они и хуже их вооружены».