– Никаких ходоков не было, Володя. Приходил только Алексей Максимович…

– Так это Алексей Максимович! Экая глыба! Экий матегый человечище!

189.

Из ответа на письмо, присланное в редакцию молодежной газеты: "Дорогая Катя, ты не должна отчаиваться. Вот Надежда Константиновна – уж на что мордоворот была, а какого парня отхватила!"

190.

– Все работаете, Владимир Ильич. Отдохнули бы, поехали за город, с девочками.

– Вот именно, батенька мой, с де-воч-ка-ми! А не с этой политической пгоституткой тгоцким!

191.

– Надя, откгой, пожалуйста… Надя, это я, Володя, почему ты не откгываешь?.. Надюша, это я, твой Вовка-могковка!.. Феликс Эдмундович, она там с Тгоцким, ломайте!

192.

– Скажите, Яков Михайлович, пгавду говогят, будто Феликс Эдмундович в остгоге онанизмом занимался?

– Что вы, Владимир Ильич, он там «Капитал» изучал!

– И напгасно, батенька мой, напгасно! Агхизанятнейшая штучка, доложу я вам! И заметьте: совегшенно не отвлекает от геволюционной габоты! А вот пгавые оппогтунисты этого не понимают… Только, гади бога, не говогите Надежде Константиновне кгистальной души человек!

193.

Дзержинский, утомившись после бессонной ночи в ЧК, прикорнул, сидя на стуле. К нему тихонечко подкрался Ленин и – хлоп по кумполу! Тот встрепенулся:

– А?!

– Хег на! Пговегка геволюционной бдительности!

194.

Ленин звонит Дзержинскому:

– Феликс Эдмундович! Очевидные пгоиски контгеволюции! Завтга субботник, а у меня надувное бгевно спегли!

195.

На выставке висит картина "Ленин в Польше". На картине шалаш, из которого торчат две пары голых ног – мужские и женские.

– Это шалаш в разливе, – объясняет гид. – Ноги принадлежат Дзержинскому и Крупской…

– А где же Ленин?

– Ленин в Польше.

196.

Ленин с Крупской сидят и пьют чай. Вдруг на лестнице раздался страшный грохот и лязг.