Оппозиция ― Неистовый Виссарион.
Среди лояльной интеллигенции конца 30―50-х гг. ― Хозяин.
Среди лояльной еврейской интеллигенции ― Балабуст (большой начальник, строгий хозяин).
Среди охранников и телохранителей ― Рябой.
Среди заключенных ― Усатый.
Артистическая среда ― Ус.
Ироническая кличка среди интеллигенции ― Отец родной.
Среди военных ― Верховный.
Среди партийной бюрократии ― Главный, Генеральный, Шеф.
Среди грузин-партийцев (до революции и в первое десятилетие после) ― Коба.
Этот внеличностный термин возник вместо слова-табу «Сталин» после разоблачения культа личности ― Ставка. НКВД ― Иван Васильевич (Грозный).
Англо-американские дипломаты, политики, журналисты ― Дядюшка Джо.
ЗАБАВА
В Сталине было что-то бессмысленно жесткое, садистское.
Старая большевичка Полина Семеновна Виноградская рассказывала, что когда у Сталина родился сын Василий, любимой забавой отца было пускать в лицо мальчика дым от трубки. Смеясь, Сталин смотрел, как морщится и плачет от дыма ребенок.
ГРУППОВОЙ ПОРТРЕТ ЭПОХИ
Фельетонист газеты «Правда» Г. Рыклин рассказывал.
В начале 30-х годов состоялась встреча советских журналистов со Сталиным и другими руководителями партии и правительства. Я был на этой встрече. В конце ее мы коллективно сфотографировались. На фото я стоял рядом с вождем.
Шли годы и шли аресты. Хранить фото врагов народа было небезопасно. И я начал резать. Я брал в руки ножницы и отхватывал сначала по одному опальному члену ЦК и руководителю на два-три журналиста. Потом репрессии стали более массовыми, и я отрезал больше людей на снимке. Вожди и журналисты постепенно исчезали с фото. В конце концов остались только Сталин и я. После XX съезда я отрезал Сталина и остался один.