Ну, значит, и возблагодарим творца за ласку его святую…
Возблагодарим и используем знамение господне на все сто процентов…
Мазать теми слезами только глаза маловато…
Нужно все мазать…
Чтобы от всего помогало.
Вот, к примеру, чирей у вас на спине… Но спина — штука большая, может слез не хватить.
Тогда делайте так. Задирайте юбки, разгоняйтесь, и спиной об ту самую вербу… Чирей ваш как рукой снимет…
Если голова болит, разгонитесь и головой — гэх!
Пройдет голова.
Только подоприте с другой стороны вербу оглоблей, а то собьете ее, так как, наверняка, у всех, кто к той вербе идет, голова болит.
Только не тяните время… Чтобы быстрее перестукаться об ту вербу головами, это будет лучше и вам и детям вашим.
1924
До каких же пор?
Народится такое синенькое, маленькое и пищит…
— Девочку бог послал…
— Девочку?
— Ага…
— Лучше бы хлопец!
Вот так и пойдет. Только и слышишь: "Лучше бы хлопец!"
И гусей пасет, и коров пасет, и лошадей в ночном. Да еще рушник или рубашку вышивает. А парень в это время цигарку крутит. И все-таки: "Эх, если бы хлопец!"
Вырастет, день-деньской по хате толчется, спины не разгибая.
А отец выйдет на завалинку, трубочкой попыхивает и жалуется соседям:
— Тебе, Иван, хорошо: два сына! А мне-то каково? Марина да Ульяна. Бабье войско!
Годы идут, а она все стирает, шьет, вышивает, прядет, варит… и ждет, ждет, пока какой-нибудь "принц" в картузе набекрень с папироской в зубах сплюнет и небрежно так процедит:
— Может, я тебя, Ульяна, посватаю… Еще не совсем надумал… Может, тебя, а может, Ониську… Погляжу еще…
Потом все же находится какой-нибудь "принц" на ее голову. И ходит по хате важный, как индюк.