Все застыли, как пораженные весенним громом. Учительница с тихим ужасом смотрела на картину. Я смотрел на учительницу. А ребята смотрели на нас обоих.

Тогда экскурсоводка ткнула меня указкой и сказала:

- Ну, вот ты, мальчик, что ты видишь на этой картине?

Я еще раз внимательно посмотрел на речку, на церквушку с крестом и сказал:

- Широка река Хуанхэ! Редкая птица долетит до середины Хуанхэ...

Поцелуи

Когда я был маленьким, я очень не любил поцелуи.

Помню, как к нам в гости пришли мои дядя с тетей. Зная их обычай целовать, я вышел к ним навстречу весь в бинтах. Как мумия. Один глаз только торчал.

- Что с тобой?! - испугались они.

- Это от поцелуев, - сказал я.

Тут они испугались еще больше. Они подумали, что меня кто-то перецеловал.

Но мама им объяснила:

- Это он забинтовался не от тех поцелуев, которые были, а от тех, которые будут.

- Значит, тебе не нравятся наши поцелуи? - удивилась тетя.

- Да, - сказал я. - Ходите только с поцелуями. Лучше с чем-нибудь вкусным пришли.

Тогда я еще не знал, что самое вкусное для взрослых - есть поцелуи.

Я хотел стать солдатом и считал, что тело мужчины должно быть покрыто не поцелуями, а шрамами.

Тут мама отвела меня в другую комнату и сказала, что если я сейчас же не исправлюсь, она меня отлупит.

- А! - сказал я. - Подлизываешься ко мне!

Я знал, что мама не умела лупить. И мама знала, что я это знал. Поэтому она сказала:

- Я попрошу дядю, чтобы он снял ремень и тебя отлупил!

- Но если дядя снимет ремень, - сказал я, - то как же он меня догонит?! У него же штаны свалятся!

Тогда мама решилась на самую жестокую меру. Она сказала, что теперь будет называть меня при всех словами, которые я ненавидел еще больше, чем поцелуи: кисонька, лапонька и пупсик.

И тогда я сдался. Я вышел к дяде с тетей и, сорвав с себя бинты, крикнул: