- Скольки?!.

- Ну ладно уж, пятидесяти. - Леня скрипнул зубами и покраснел. Полещук как будто даже обиделся: - Ты, похоже, недоволен? Да я предлагаю тебе царские условия! Бинский бы на моем месте... Хотя не в этом дело. Я, знаешь, убыточную лавочку держать не собираюсь. Доход - гарантирую! - подскочит минимум вдвое, значит, твои пятьдесят будут равняться нынешним ста... - его взгляд опять вцепился в Леню: - Так по рукам?

Леня помолчал, теперь уже не притворно.

- По рукам.

- Ну, вот и славно. И еще, знаешь. Меня сейчас вот что волнует (мы же теперь компаньоны, могу и поделиться). Много развелось шпаны всякой. Особенно сейчас, с сигаретами. Продают свои десять пачек - и нарушают весь рынок... Крупной рыбе, - Андрей Викентьевич дружески похлопал Леню по плечу, - с мелкой рыбешкой в одном пруду тесно. Я думаю расправиться с ними. Одним махом.

- Как?

- Да сам еще не знаю, - засмеялся "крестный отец", - прожекты, одни прожекты, мечты... Скажем, устроить показательную порку одному, для воспитания остальных. Кстати, ты никого не знаешь из таких "мальков"? Случайно?

Безусловно, вопрос был задан не просто так. Что-то вроде проверки на прочность. И хотя Полещук и сволочь, да еще какая, но сквитаться кое с кем можно.

- Есть тут один, Сема Зальц. Не далее как вчера приобрел пять ящиков "Мальборо".

- Вот как? Он кооператор?

- Кустарь-одиночка.

- Понятно, гешефтмахер-дилетант, как сказал бы Бинский.

- Кстати, он сын Бориса Зальца.

- А это кто?

- Довольно нашумевший отказник в свое время. По-моему, даже отсидел год или полтора. А теперь, вишь, границы открыли - катись, мол, куда хошь, - а он не едет... Вот такая история.

- Ну, это не имеет никакого значения. Ни-ка-ко-го... Так с нашим делом - как? Оформим, думаю, завтра же? Что зря тянуть?

Леня кивнул. Он не знал еще, но уже предчувствовал, что через два дня люди Бинского сожгут его кооператив дотла.

- 14

... В общем, дело - швах.