Они стали спорить, кому скакать в аул, а кто останется возле мертвого тела. И тогда на дороге, беззаботно помахивая камчой, появился Омирбек.

Всадники очень обрадовались, увидев Омирбека.

– Ты останешься здесь, – сказали ему. – А мы поедем в аул!

– Япырмай! – покачал головой Омирбек, глядя на синелицего бая. – Как же он предстанет перед очами аллаха такой синенький? Видно, давно умер…

– Стой тут, чтобы птицы его не исклевали, звери не тронули, – приказал хозяин постоялого двора. – А мы поскачем!

– Стоит ли так волноваться? – спокойно произнес Омирбек. – Зачем из-за такого маленького дела поднимать большой шум?

– Как? – удивились жигиты. – Смерть бая – маленькое дело?

– Ты не хочешь оказать ему последнего уважения?

– Омирбек – ты плохой мусульманин!

– Вы меня не поняли, – молвил Омирбек. – Я думаю так: не нужно поднимать шум из-за смерти бая, потому что его легко оживить! Я эго могу сделать тут же, на ваших глазах!

Жигиты онемели от удивления. А потом заговорили все сразу:

– На наших глазах?

– Сейчас? Здесь?

– Он встанет и заговорит?

– Не может быть!

Омирбек усмехнулся, помахал в воздухе камчой: она со свистом рассекла воздух.

– Вы видите эту камчу? Она – волшебная! Она может оживлять мертвых! Встаньте вон там» – Омирбек показал на поворот дороги, – и смотрите!

Жигиты послушно отъехали.

Омирбек размахнулся и ударил бая камчой изо всех сил. Но тот лишь икнул.

Еще удар, еще!.. На десятом ударе бай застонал, открыл глаза. Они у него были совсем белыми на темно-синем лице.

Омирбек ударил еще раз.

Глаза бая начали приобретать осмысленное выражение, в них появилась боль, затем испуг.

– Зачем ты хочешь убить меня? – наконец простонал бай.

– Тише, тише! – прошептал Омирбек. – Я не убиваю тебя, а спасаю от позора!

– Какого позора? – глаза бая испуганно заметались.

– Посмотри на свои руки, – сказал Омирбек.