Его немного шатало, ноги подкашивались, но он кое-как держался. И даже не забывал о том, что ему нельзя дышать в сторону людей.

– Аллах да вознаградит тебя за доброе дело, Омирбек, – сказал бай, с общей помощью взбираясь на коня.

Тот из жигитов, в седло которого сел бай, взял коня под уздцы и повел его по дороге к Чимбаю.

Остальные двинулись за ним.

Омирбек весело глядел вслед процессии.

Вдруг хозяин постоялого двора повернул коня и подскакал к Омирбеку.

– Продай мне свою волшебную камчу! – сказал он, соскакивая с седла. – Я хорошо заплачу за нее!

– Она мне и самому пригодится, – усмехнулся Омирбек.

– Сколько скажешь – столько заплачу!

– Это другое дело, – сказал Омирбек. – Плати десять золотых.

– Хорошо! Возьми! – хозяин постоялого двора развязал поясной платок, вынул оттуда золотые монеты, дважды пересчитал их. – Тут ровно! Давай камчу!

Омирбек отдал камчу, взял монеты.

Когда всадник ускакал, Омирбек, пересчитав монеты, засмеялся:

– Вот мошенник! Тьфу! Одной не хватает.

…А через несколько дней у одного ишана умерла любимая сестра и хозяин постоялого двора со своей волшебной камчой отправился туда.

Ишан был очень удивлен предложением оживить умершую, но согласился щедро наградить оживителя, если волшебство ему удастся.

Оживитель попросил выйти всех из юрты, где лежала покойница.

Голося «вай-вай», все покинули юрту.

Оставшись один, он начал хлестать мертвую старуху камчой и хлестал ее до тех пор, пока сам полумертвый от усталости не свалился на кошму.

Потом отдышался и снова взялся за плетку.

Ишан и родственники покойной терпеливо ждали. Потом ишан послал посмотреть, что там делает оживитель.

Один из жигитов заглянул в юрту и сразу же отскочил.

– Что там? – спросил ишан.

– Вай! Он сошел с ума! – сказал жигит. – Он бьет покойницу плеткой!