- Как - шестая? Всего только шестая?!

- Ну, разумеется, если не считать...

- Нет, тех считать не будем. Неофициальные супруги - они не в счет. Людовики во Франции, например, не считают фавориток. С какой стати мы должны поступать иначе?

- Но, ваше величество, ни у одного Людовика не было такого количества жен!

- У царя Соломона было семьсот жен и еще триста наложниц, а он был великий мудрец. Неужели я глупее Соломона?

- Но тогда были совершенно иные нравы...

- Ерунда. Нравы меняются, а жены остаются.

----

Людовик четырнадцатый себе под нос:

- Государство - это я! Хм.., неплохо сказано!.. Хорошо, а народ?.. Народ тоже буду я. И я же - король. Теперь, если народ восстает на короля, то это просто нонсенс в государстве!..

----

Людовик четырнадцатый - кардиналу Ришелье:

- Любезнейший кардинал, удивляюсь, как вам удается столь искусно расплетать интриги всех врагов Франции?

- О, ваше величество, это очень просто. Секрет в том, что я плету их сам, а потом ловлю всех на эту удочку...

----

Людовик четырнадцатый - кардиналу Ришелье:

- Ваше преосвященство, ходят упорные слухи, что Анна изменяет нам с этим проходимцем Бэкингемом. Вы пришли чтобы сообщить мне об этом?

- Нет, ваше величество, если бы это одно, я не стал бы вас беспокоить по столь ничтожному поводу.

- Что?! Вы сошли с ума кардинал! По-вашему, если королева Франции изменяет своему супругу - это пустяк?

- Отнюдь, ваше величество, я вовсе не это имел ввиду. Но одно дело, если на карту поставлена честь супруга, и совсем другое, если это - честь государства.

Король, приходя в бешенство:

- Честь государства?.. Это неслыханно! Запомните, кардинал, здесь, во Франции, государство - это я. И я не допущу позора нации. Я желаю быть уверенным, что наследник престола не будет иметь ни капли английской крови!