Ничем не примечательная курица в поисках корма добрела до шоссе. И там вместо корма нашла монету. В денежных вопросах она не разбиралась и потому решила, что, если склюет эту монету, сразу разбогатеет. Но при всем желании проглотить эту монету она не смогла. С тех пор и пошла поговорка: «Денег куры не клюют».

Одна высокообразованная курица решила научить подруг счету и сложению. На стене курятника она написала цифры от 1 до 9 и объяснила, что, сложив эти цифры вместе, можно получить большие величины. А на другой стене показала, как складывать:

— 1 + 1 = 11, 2+2 = 22, 3 + 3 = 33, и так до 9 + 9 = 99.

Курицы быстро научились сложению и пришли к выводу, что это им очень пригодится.

Одна гоночная курица никогда не сбавляла скорость на поворотах. Как-то раз она даже сделала сальто-мортале, но все обошлось. Но в другой раз ее занесло на обочину, и она сильно повредила «обшивку». Подругам, навестившим ее после аварии, она сказала:

— Хорошо еще, что не загорелась.

Гуси хвастались перед курами, что их предки Рим спасли — подняли тревогу на Капитолийском холме, увидев, что «галльские петухи» подступают к крепостным стенам. Одна курица заметила, что, будь на месте гусей куры, они бы впустили захватчиков, и тогда Рим был бы наверняка сейчас огромным курятником.

Курица-философ, глядя на камень, вопрошала:

— Кто может утвеождать, что это камень? — Потом переводила взгляд на дерево: — Кто может утверждать, что это дерево?

— Я могу, — ответила какая-то курица.

Курица-философ снисходительно на нее поглядела.

— А кто ты такая, что решаешься отвечать мне?

Та оробела и пробормотала:

— Я курица.

— А кто может утверждать, что ты курица?

Вскоре курица-философ осталась в полном одиночестве.

На одном заседании при закрытых дверях куры решили внести в индекс запрещенных книг «Гаргантюа и Пантагрюэля» Рабле, ибо там говорится, что удобнее всего подтирать задницу живым цыпленком. Но курица-литературовед возразила, что Гаргантюа вытирал задницу вовсе не цыпленком, а гусенком, поэтому книгу запрещать не стоит.