Так и прожил Вася Плоткин припадочным более десяти лет. Потолстел. Отпустил животик. Собирался купить "Победу". В последнее время каждым летом на пару месяцев ездил в Крым, в Сочи, после чего, для того чтобы войти в рабочий вид, ему приходилось снимать разными кремами здоровый южный загар. Жизнь шла нормально.

И, вдруг, во время регулярного производственного припадка, к Васе Плоткину подошел милиционер и начал его тревожить. Начал мешать нормально обслуживать публику припадочным зрелищем.

Вася, конечно, лежит на земле, бьется в судорогах, приоткрыл один глаз и шепчет милиционеру:

-- Товарищ Филимонов, зачем безобразничать? Если хотите еще на поллитра, так в чем вопрос? ..

Но тут случилось совсем непредвиденное. Настолько дикое, что Вася Плоткин подумал -- не произошла ли смена родной советской власти? Милиционер потащил его, и притом довольно грубо, прямиком в милицию.

В милиции Вася Плоткин, конечно, дал волю своему возмущению.

-- Что же это, -- говорит, -- за безобразие наблюдается? Почему, -говорит, -- спокойно не даете заниматься созидательным трудом инвалиду Отечественной войны?

А дежурный по милиции, знакомый Плоткину капитан, даже, кажется, его кум, вдруг говорит:

-- Василий Иванович, вы бросьте мне тут шарики крутить, ломать Ваньку!.. Сейчас кампания по вылавливанию нищих. Всесоюзная кампания!.. Газеты, Василий Иванович, надо было читать! Политикой надо было интересоваться!

Побледнел от такого политического своего невежества Вася Плоткин и просит:

-- Братцы милиционеры, отпустите по старой дружбе!

-- Нельзя! -- вздыхает знакомый капитан, и даже, кажется, кум. -- Сам понимаешь, невозможно! Если бы до начала всесоюзной кампании, или через неделю после окончания, -- тогда нищенствуй, сколько хочешь! Проси хоть у министра юстиции. А теперь мы должны передать дело прокурору. Раз у нас кампания, так во время кампании строго. Потом все можно...