Пендальф чуть не подавился:

– Какие ваши доказательства? А?

Сарумян усмехнулся, посмотрел прямо в глаза Пендальфу, словно взвешивая свой ответ на одних ему ведомых весах:

– Сам видел.

В глазах Пендальфа мелькнула нотка подозрительности, но Сарумян не дал ему опомниться – он сунул руку в кусты и выкатил оттуда рояль, на котором, зачехленный брезентом, стоял какой-то прибор. Сбросив чехол прямо под ноги, он щелкнул тумблером. Пендальф подался вперед, напряженно вглядываясь в засветившийся дисплей на передней панели прибора.

– Видеочат. Очень опасная штука,– покосился он на Сарумяна.

– С какого перепуга? С чего это нам бояться Интернета?

– Да мало ли куда по ошибке законнектимся? Откуда знаешь, кто с той стороны подглядывает?

– Поздно пить боржоми, Саурон оживился. Уже заброшены девять диверсантов.

– Когда? Кто такие?

– По агентурным сведениям, летом они перешли границу под видом сборной Монголии по конному биатлону!!!

– Они уже нашли Ширево?

– Эти всех найдут, всех зарежут.– Сарумян явно не шутил, и Пендальф подскочил, как ошпаренный:

– Фёдор!

Он рванулся к двери, но Сарумян щелкнул потайным тумблером под крышкой стола, и дверь захлопнулась. Пендальф зигзагами понесся к окну, кряхтя взобрался на подоконник, но ставни чуть не оттяпали ему пальцы, лязгнув сверху вниз, отрезая и этот путь к отступлению. Пендальф сиганул с подоконника через голову Сарумяна, явно намереваясь уйти через камин в дальнем углу оранжереи. И это у него почти получилось, но, втиснувшись в трубу, старик застрял в ней, нелепо суча ногами. Сарумян невозмутимо продолжал накручивать на вилку лососину и болтать как ни в чем не бывало:

– Это, конечно, если карапузы их не перебьют, в чем лично я сильно сомневаюсь. Карапузы – маздай!!! Мордовия – форева!!! – Внезапно он отложил вилку, нахмурился, и чеканя каждое слово, предложил: – Вступай в нашу шайку, Пендальф, третьим будешь. Присоединяйся, брат, не пожалеешь, а иначе всё одно – смерть.