- С этой мышкой сплошные огорчения, - проговорила она и медленно размяла потухшую сигарету.

Было отчего задуматься. Девчонка уже не раз задавала загадки, на которые не сразу ответишь. Вот и теперь: с одной стороны, за участие в женских скачках ее стоило бы с треском выгнать. Но с другой, поступок "госпожи Ого-го" реклама, лучше которой трудно придумать. У этих дурацких скачек совершенно дикая популярность. И владельцы отеля, несомненно, знают об этом. В конце концов, заявление Джеты мадам Софи решила отнести к положительным плодам собственной педагогической системы...

2

Проснувшись, Ген Корт-Второй долго прислушивался к тому, что творилось в его собственной голове. Стучало в висках. Тяжесть в затылке постепенно росла, грозя вот-вот лопнуть и разлиться привычной болью. Язык, казалось, был ободран напильником - до того хотелось пить. Надо было срочно проглотить успокоительную таблетку. Но рука свинцово распласталась под одеялом, и мужчина решил, что не хватит никаких сил, чтобы сдвинуть ее с места.

"Глупо устроен мир, - подумал Корт-Младший. - Когда приходит успех, здоровье уже течет изо всех щелей..." И, словно подкрепляя эту справедливую мысль, боль в затылке наконец вырвалась на свободу. Мужчина заставил себя приподнять руку и привычно протянул ее к изголовью постели. Где-то рядом валялись таблетки. Рука вдруг коснулась чего-то теплого, мягкого, кажется шелкового.

Ген медленно, осторожно повернул голову и с удивлением обнаружил рядом довольно милую блондинку. Она уже не спала, но ее синие глаза еще до краев были налиты сном.

- Привет, Риф, - чуть улыбнулась блондинка.

- Я не Риф, а Ген, - на секунду забыв о головной боли, поправил хозяин дома. - Ты кто?

- Я твоя новая жена. Разве не помнишь, мы познакомились вчера на сорок третьем этаже у Таила?

- Не у Таила, а у Тоба, - снова подсказал Ген. - Я, кажется, вчера много пил? Все вылетело из головы.