Зато щебетанья птиц никто не может нас лишить! Того самого доисторического, легкомысленного диалога пернатых, который заставляет тебя...

Никак соловушка запел?!

А, нет.

Мимо проходят две пары кроссовок. Длинноносый юноша прижимает к себе коротко стриженную девушку, а она-транзистор. Или наоборот. Диктор программы "Горизонт" сообщает, что только что мы прослушали исполнение группы "Автобус № 80".

Вот Чучура. Это конечный пункт нашего путешествия...

...Ручеек, благодаря которому местность получила свое название, иссяк, еще когда строили этот ресторанчик, на крыше которого сейчас стоят две телевизионные антенны.

Не оказалось здесь и газировки. Только пиво -"Радебергер" - с ценой, соответствующей длинному пути, который оно проделало, пока добралось из-за границы сюда...

Нечего и говорить, что от нашего радужного настроения счастливчиков, которым удалось сбежать от урбанизации, не осталось и следа.

- Нет уже той девственной природы, нету... - в который раз ворчали мы, снимая, наконец, рюкзаки.

Охваченные грустными мыслями, мы молча жевали парниковые помидоры, польскую картошку, красный турецкий лук, дырявый голландский сыр и болгарскую соевую колбасу. Но, как известно, на сытый желудок человек бодрее смотрит на мир. Мы тоже повеселели.

Кто-то подложил кнопки на скамейку, а Пейо Костов, забыв о своем предпенсионном возрасте, прыгал на одной ноге.

В термос Лили ухитрились высыпать целый пакетик лимонной кислоты, и у бедняжки так перекосило лицо, что сине-зеленые тени на веках вытянулись почти вертикально.

Я же, дождавшись, пока заведующий задремал, читая газету, поджег ее с одной стороны. А в это время кто-то, воспользовавшись его несвоевременным сном, изловчился расстегнуть пряжки на его старомодных туристических брюках, так что в конце концов наш шеф носился по поляне как угорелый в одних трусах.