- А, Штирлиц! - единственный глаз Айсмана радостно засверкал, - ты-то мне как раз и нужен. Вопросик есть. Язык программирования из шести букв на "мы". А?

- Не знаю. Муму, наверно.

- Подходит. Айсман вписал "Муму".

- Кого бьем? - спросил Штирлиц, прикуривая.

Айсман потянулся за дискетами.

- Есть тут один. Некто пастор Шлаг.

Они вошли в кабинет. Два плотных дюжих гестаповца методично избивали толстенького человечка в рясе. На лице человека застыло покорное заигранное выражение.

- В чем тебя обвиняют, скотина? - орал гестаповец,- за что тебя взяли? Где твой файл?

- Вот, - сказал Айсман,- Борман дал распоряжение пощупать, а дело потеряли. А этот гад не сознается, в чем виноват.

- В чем тебя обвиняют? - хором надрывались гестаповцы.

Пастор молчал. Штирлиц вспомнил про дело этого пастора, которое он когда-то где-то видел.

- Отдай его мне, Айсман, - попросил он.

- Зачем тебе эта толстая свинья?

- На Бормана похож.

Айсман захохотал. Гестаповцы доставили Шлага в кабинет Штирлица. Пастор стоял по стойке "смирно". Штирлиц присел на край раскладушки.

- Садитесь.

- Спасибо, я постою.

- Садитесь, черт вас возьми.

Пастор Шлаг устало опустился на табуретку.

- Тонера хотите? - спросил Штирлиц и налил ему стакан холодного тонера.

Они говорили около получаса. Штирлицу пастор понравился. Шлаг, без сомнения, был умен, а его размышления о женщинах привели Штирлица в восторг.

- Все это хорошо, - сказал Штирлиц, а все-таки, пастор, на кого вы работаете?

- Господин штандартенфюрер! Я готов работать на кого угодно, и, честное слово, я ни в чем не виноват.

- Прекрасно, - сказал Штирлиц, - вы будете работать на меня.

Он нажал Alt-F7 и отыскал файл PASTOR.ARJ.

- Это я взял у гестапо ваш файл. Прочитайте!