Наконец, что, вероятно, наиболее важно: я вырос в доме, где звучали и ценились еврейские шутки. Мой отец Соломон Телушкин, светлая ему память, в общем-то, не был шутником, но моя мать Хелен Телушкина оставалась заметной рассказчицей. Действительно, мой отец часто заявлял, с известной долей преувеличения, что ради хорошей строки моя мать разнесет весь мир. Мама от души смеялась над шутками и создавала необходимую обстановку для любого подающего надежды шутника. Один из самых дорогих людей в моей жизни, мой дядя Берни Ресник, светлая ему память, тоже любил еврейские шутки и прибегал к ним уместно и часто.
И, наконец, я дошел до трех человек, которые наполнили мою жизнь смехом, – именно им я посвятил эту книгу.
Введение
Что еврейского в еврейском юморе?
Когда человек попросил Рабби Гиллеля (жившего в I веке), который обращал его в веру, выразить суть иудаизма, стоя на одной ноге, тот ответил: «Не делай ближнему того, что противно тебе. Остальное – комментарии. А теперь иди и учись». Спустя около двух тысяч лет, израильский Рабби Шломо Лоринц передал ответ Гиллеля американскому экономисту Милтону Фридману, который тогда был консультантом правительства Израиля, и спросил, может ли тот выразить всю экономику одним предложением». Могу, – ответил Фридман. – Бесплатных обедов не бывает».
Можно ли выразить суть еврейского юмора одним предложением? Боюсь, что нет. Как можно вместить в одно предложение шутки о еврейских матерях, безрассудных и грубых израильских водителях и антисемитах? Надеюсь, мне удастся показать, что еврейский юмор раскрывает о евреях великое множество истин, но не одну главную истину. Действительно, 150 лет еврейских анекдотов и 2000 лет фольклора и острот обладают поразительной способностью выражать те истины, которые обычно упускаются в социологических и иных академических исследованиях.