-- Николай Николаевич, вы меня извините! -- распалился зять. -- Да, у вас была пара инфарктов, кто считает! Но вы у нас окружены такой заботой и вниманием, комар не проскочит! И ваши намеки на кладбище неуместны! Мы вас оттуда оттаскиваем, а вы рветесь! Пока живы, берите от жизни все, что возможно!

Идемте, я вас на карусели покатаю! На том свете будет, что вспомнить!

-- Желаю фотографироваться и все! -- старик затопал ногами.

-- Ну если это ваше последнее желание, черт с вами, папа!

Родственники вошли в фотоателье.

-- Прошу! -- фотограф сделал улыбочку. -- На паспорт? На права? Для души дружным семейством желаете?

-- Мне бы на могильную плиту! Если можно, посимпатичнее!

-- Ради бога! Будете как живой! Присаживайтесь!

-- И я с дедой! -- обрадовалась внучка.

Таня схватила дочку за ногу:

-- Слезь с деда! Он фотографируется для кладбища!

-- Хочу с дедой для кладбища! -- захныкала внучка.

-- Тебе еще рано. Вырасти, состарься, тогда другой разговор!

-- А пусть с внучкой! -- Николай Николаевич прижал девочку к себе. -В земле лежать будет легче, зная, что ты не один!

-- Николай Николаевич, вы знаете, как мы вас любим, но если я вас правильно понял, помирать вы собрались один. Или нас с собой приглашаете за компанию? -- зять нервно размял сигарету.

-- У нас не курят! -- предупредил фотограф. -- Решайте, как вас снимать?

Всколькиром?

-- А давайте все вместе?! -- улыбнулся старик. -- Таня, Петя, присаживайтесь!

Уважьте старика!

Таня скрипнула зубами:

-- Папа, дай вам бог здоровья, но куда ж вы нас в могилу с собой тянете? Люди придут на кладбище, увидят на фотографии нас вместе, решат: погибли в авиакатастрофе, начнут звонить, выражать соболезнования. Придется оправдываться, почему до сих пор живые. Вернитесь с того света на этот!