Тетради, по отзывам г-на Феодосеева были писаны рукой Топорищева, и в них же были обнаружены несколько кратких заметок о поэтическом творчестве, принадлежащих перу автора настоящего сборника, что само по себе интересно, ибо никто прежде не упоминал о его интересе к поэзии. К сожалению, г-н Милин скоропостижно скончался, и все его имущество было продано с молотка. Сохранилось несколько писем Топорищева Милину, которые приводятся далее. В них имеются упоминания о каких-то тетрадях, но где сейчас упомянутые тетради - неизвестно.

Но вот, полтора года назад в Берне при описи местными властями имущества российского подданного г-на Шахиагметова всплыли какие-то загадочные рукописные тетради с текстом на русском языке. Присутствовавший при этом советник консульства г-н Донченков, знавший Топорищева лично еще будучи экспредседателем дворянского собрания Саратовской губернии, опознал его почерк и заявил об этом властям. Тетради были переданы российскому консулу в Берне и в дальнейшем попали в руки приват-доцента кафедры лингвистики и восточных языков Саратовского университета г-на Рыжакова, который и установил их подлинность.

Итак, найдены две рукописные тетради, несомненно принадлежащие творческому наследию Фомы Топорищева. Существовали ли еще какие либо, и сколько именно? Вопрос осается открытым. Скорее всего - да, но в чьих руках они теперь? К сожалению, местопребывание г-на Шахиагметова, который единственно мог дать ответы на все вопросы и пролить свет на их дальнейшую судьбу, никому не известно.

Можно высказать предположение, что все тетради незадолго до смерти были переданы Топорищевым г-же Чекамревой - племяннице его двоюродной сестры. Именно она посетила философа в его имении незадолго до кончины, после чего немедленно выехала из пределов Российского государства, якобы, в Италию для лечения, откуда пербралась в Лондон и в конце концов объявилась в Париже, где спустя два года и скончалась при невыясненных обстоятельствах, не оставив после себя никаких письменных свидетельств.