-Тьфу! Это не то! - ругнулся Кактусов и стер последние два слова. Кот басовито с ним согласился. И стал преданно смотреть в глаза, надеясь на кошку. Весна, знаете ли... У млекопитающих - гон! Но кактусов никого млеком не питал и на весну ему было наплевать. Он видел только эпические, да... Эпические... И продолжал печатать. Одной рукой.

И тут раздался звонок.

"Они!" - подумал Кактусов.

"Кошки!" - подумал кот.

И побежали открывать.

Кошек не было. Впрочем и эпических сфер тоже не наблюдалось. Наблюдалась соседка снизу с "ушами очень мутированного спаниеля-зомби". С ней Кактусов сталкивался очень редко и только по причине - "Сделай потише свой "Раммштайн", ублюдок!" (Прим. корр. для ред. Нецезурное слово заменено на "Раммштайн". Смысл не потерян. Можно поменять на "Линкинутый Парк". Как считаете?)

На этот раз вместо кодовой фразы прозвучало другое:

-... тварь ... самка ... блядина ... - (нецензурные слова заменены троеточиями. Прим. Корр.)

Минут через десять выяснилось, что Кактусов залил соседку. Совершенно неведомым образом. Впрочем, почему неведомым...

Когда Петя открыл дверь туалета его почти снесло цунами. Как статую свободы из какого-то комедийного фильма.

Единственный белый друг предал его, лопнув постыднейшей трещиной по дну бачка. Заодно с квартирой соседки пострадала и библиотека, хранившаяся в читальной комнате. Кактусов вознес матерные молитвы Потолку и перекрыл воду. Кот брезгливо затряс лапой. Соседка хлопнула дверью.

Полчаса писатель собирал тряпками воду с пола. А потом стал думать. Надо было менять сантехнику.

Но у Кактусова не было денег. Гонорар за последний бестселлер еще не пришел. Самое простое решение - вызвать сантехника - не катил. Надо было работать самому. Но тут всплывала проблема, которую Петя не мог решить через интернет. Дело в том, что у Пети руки росли...