На Лёшку никто внимания не обращал. Некоторые, кто стояли поближе, кивнули ему в знак приветствия и тут же затрещали о своём. Впрочем, и сам Лёшка не рвался знакомиться, лишь окинул новых одноклассников беглым взглядом. Люди как люди. По большей части в джинсах и всё такое. Лишь один светловолосый мальчишка в каком-то модном пиджачке, а может и не в пиджачке, вероятно, у этой одежды какое-то другое название есть. Наконец краткое торжество завершилось и народ отправился по кабинетам.

Лёшка после летнего перерыва чуть было не оглох от поднявшегося гвалта. Как и положено в первый день, неразберихи было предостаточно, вот и его восьмому «Г» «повезло»: кабинет, обозначенный в расписании, оказался занят другим классом. Выяснение, кто не туда пришёл, решилось в их пользу, и ребята, ошибочно занявшие кабинет, стали выходить. Особо нетерпеливые из его класса ринулись занимать места, Лёшку слегка толкнули на створку двери. Та оказалась незакреплённой и шмякнулась от его толчка об стену, зазвенело разбитое стекло. Естественно, вокруг Лёшки образовалась тишина и пустота.

— Так, уже стёкла бьём! — услышал он взрослый голос из-за спины. На плечо легла рука. — Пройдите со мной, окажите любезность.

Лёшке даже понравилось, что к нему обратились так вежливо и, можно сказать, изысканно. Восторга от факта приглашения пройтись невесть куда он не испытал, но и спорить было глупо, так что пришлось топать вслед за черноволосой дамой в очках и в тёмном деловом костюме. Вскоре оправдались худшие его предчувствия — они остановились возле двери с табличкой «Завуч по воспитательной работе. Корнянская Л. М.». Лёшка никогда не испытывал трепета перед учителями, мог свободно общаться с директором школы, но завучей боялся по самым непостижимым причинам; так многие люди боятся безобидных ужей или мышей.

Корнянская Л. М. открыла дверь ключом и по-хозяйски прошла к единственному в помещении столу. Пришлось войти и встать неподалёку, садиться без приглашения он не стал.