Какое, не могу взять в толк, лекарство? Стас мэру на госуши лапшу не вешал, говоря, что мы работаем без выходных и проходных. Халявным хлеб наш не назовешь. Во всяком случае, жена моя надеялась на значительно лучшую жизнь. Кровушку ларечный бизнес портит - только держись. Но я пока стрессы никаким лекарством, кроме как от сорока болезней - на каждый градус по хвори - не снимаю. Стаканчик другой жидкого антистрессина приму и все хоккей - без задних ног сплю.

- Что за лекарство? - спрашиваю Надю.

- Дефицитное, - отвечает, - ваша знакомая принесла. В очках такая, челка крашеная. Лидой назвалась из аптеки.

Врать не буду, регулярно принимаю лекарство от сорока недугов, только не в беспамятных количествах. Никакой Лиды от аптеки не знаю.

- Она сказала: вот достала кое-как Виктору Никитичу лекарство, две упаковки.

- Взяла? - спрашиваю, хотя уже понимаю, что к чему.

- Одну упаковку, - извиняется Надя. - Денег на кассе двадцать тысяч было, упаковка двадцать пять стоит.

Пять Надя из своего кошелька добавила.

- Вторую упаковку, - говорю, - потом занесет?

- Ну! - радостно говорит Надя.

- Лида-фармацевт, - объясняю, - может, не родня тому микросхемщику, да состоят они в одном профсоюзе, а лекарство дефицитное фирма "Развод" варит. Хотя во флаконе с виду что-то витаминное перекатывалось.

Надя в слезы, я - в няньки.

Не успел одну успокоить, Митя-секс в раздерганных чувствах влетает.

- Убью! - кричит. - Прямо секс среди белого дня! Убью!

Какой-то виртуоз не побоялся Митиной рцд-физиономии, под ля-ля сунул десять тысяч. А когда сквозь землю провалился со сдачей и пачкой сигарет, Митя развернул денежку и на дыбы с матерками! Кто бы мог подумать? - купюра склеена из двух половинок. Одна достоинством в десять тысяч, другая - в тысячу. Фокус-покус: одиннадцать тысяч ловкостью рук превращаются в двадцать. Разгадай Митя сразу цирковой секрет, он бы наделал фокуснику шрамов по всей окружности физиономии...