— Несчастье? — побледнела Добрая Весть. — Не допущу!

— Как бы не так, дорогуша! Не в твоей это власти.

— Если б я была феей, я бы… я бы тебя…

Синие молнии в глазах у девушки: так бы и испепелила Тетушку Дурные Вести. А той хоть бы что. С той как с гуся вода. Еще смеется в глаза:

— Ах, до чего страшно! Аж ноги подкашиваются. Вот как ты напугала меня, дорогуша!..

Забрала тетушка свою объемистую сумку, полную бед, болезней, печалей, и пошла вниз по лестнице, бормоча что-то себе под нос.

За окном все чище и ярче разгорается небо. Отдохнувшее за ночь Солнце умылось студеной росой, поднялось над просторным миром и сказало:

— С добрым утром!

Добрая Весть засмеялась. Тотчас миллионы солнечных зайчиков осыпали ее с ног до головы. Добрая Весть сложила ладони рупором и поднесла к губам…

— С добрым утром! — раздалось по тихим квартирам.

— С добрым утром! — прозвенело в лестничном пролете.

— С добрым утром! — отозвались улицы.

— С добрым утром! — разнеслось над безбрежным миром.

— С добрым… добрым… добрым утром!

Глава третья, в которой выясняется, как все-таки трудно быть командиром

— Кто сказал: «С добрым утром!» — спросила Лена, открывая глаза. — Ты, Ванечка?

Ванечка лежит на животе. Одеяло сбилось, обнажив тощие, пестрые от синяков ноги.

— Братик ты мой непутевый! — Ленка заботливо укрыла его одеялом.

— Как дам! — сквозь сон ворчит Ванечка.