А мы молчим!
Бессовестные мы!
Давайте позовем.
Просто так себе:
— Пожалуйте, ваши величества!
Жирные деньги на них заработать можно.
Вы же только подумайте, — если бы собрать их всех да, к примеру, хотя бы в "Миссури"… [1].
По сертификатам бы платили, только бы на них поглядеть…
Не умеем мы так, как за кордоном. Там даже помои и те используются…
1924
Перевод И. Собчука.
[1] "Миссури" — ресторан в Киеве.
Паскудное слово
Оно не очень большое то слово, но очень ученое и очень панское.
Чужеземное слово.
Называется это слово "_интервенция_".
А означает это слово… Ох, очень много для нашего селянина оно означает…
Если вдумаешься, так, может, только слово "царь" так много для нас значило, как "интервенция".
А что получится, если перевести это слово на простой наш крестьянский язык?
По-пански — интервенция, а по-нашему — насилие!..
Сколько же было того этого насилия за те времена, как закордонное панство проводило у нас "интервенцию"?! Когда проходили нашими полями да селами — деникины, врангели, колчаки, юденичи, французы, поляки, румыны, и т. д., и т. п.?
Сколько изнасиловано, сколько покалечено, сколько перепугано, сколько посходило с ума?!
По-панскому — интервенция, а по-нашему — убийство! Сколько селянских костей позапахано на нивах украинских, сколько их еще белеет по оврагам, лесам, по балкам и буеракам?!
По-пански — интервенция, а по-нашему — пожары, реквизиции, контрибуции, издевательства, пытки, грабежи, мобилизации…
Сколько пошло наших сел огнем и дымом?! Сколько разного горбом, потом да кровью нажитого добра селянского съедено, изгажено, перепорчено этими контрибуциями и реквизициями?! Сколько мордовали, пытали, грабили паны и наймиты ихние по городам и местечкам, по селам и хуторам?!