Большой поживы вор, конечно, не ждал, но то, что он нашел в чемодане, привело его в ярость. Уж кто-кто, а он умел безошибочно отличать шерсть от бумаги и знал цену репсу!

- Такое барахло берегла! - негодовал он по адресу Зои. - А дуры-девки миллионершей ее прозвали. Барахла на сотню, да и то никому не нужно!

В поисках чего-либо ценного он еще раз пересмотрел содержимое чемодана и обнаружил "сувениры". Со злостью разбросал во все стороны. Только кружка и флаконы с одеколоном привлекли его внимание. Спустился к самой речке, сел на камень, выложил на верх кепки украденные яйца и соль. Соблюдать порядок дней недели он считал необязательным и начал одинокое пьянство с "пятницы". Не прошло и получаса, как он запел:

Эх, умру я, умру я,

Похоронят меня...

И невдомек ему было, что его смерть, косматая и бурая, скрывается в густом березняке, в каких-нибудь тридцати метрах...

Человек пел долго, нескладно, раскачиваясь всем туловищем, разливал одеколон, снова наливал и пил, блевал и опять пил. Кончилось тем, что он свалился на траву и, как показалось Михайлу, заснул.

Человек спит, можно действовать зверю. Михайло бесшумно двинулся вперед.

Скажем прямо, намерения у Михайла были нечестные. Пассажиры вечерних и ночных поездов особой щедрости в этот день не проявили, а на кепке возле спавшего лежали четыре крупных яйца. Человеку, намеревавшемуся жить по законам тайги, стоило дать урок таежного законоведения... Но затея Михайла удалась наполовину. Когда он пожирал второе яйцо, кусочек скорлупы угодил ему в нос, а если у медведей и есть нежные места, то это их носы. Михайло зафыркал, и человек испуганно приподнялся. Его мутные глаза с ужасом впились в маленькие светящиеся злым желтым огоньком глазки зверя.

Неподвижность была невыносима для обоих. Первым не выдержал Михайло. Приподнявшись на задних лапах, он рывком перебросил тяжелое туловище в другую сторону и с необычайной быстротой исчез в березовых зарослях. Потом поднялся человек. Движения его были бессмысленны и нелепы. Он побежал, спотыкаясь, падая и крича. Алкоголь и испуг породили безумие. Вору казалось, что за ним, ни на шаг не отставая, гналось огромное бурое чудовище с прижатыми ушами и маленькими свирепыми глазками...