Василий похвастался мне, что изобрел лекарство от рака, и через неделю оно будет готово... эх, им бы еще жить да жить. Мы занялись своими делами, и вдруг, спустя два-три часа им стало плохо. Первым пожаловался Евлампий: "у меня живот болит, можно я сегодня уйду с работы пораньше?". Я не обратил на это внимания, и влепил ему выговор за симулянство. Hо через десять минут у Афанасия и Поликарпа заболели зубы. Спустя сорок две минуты (я специально засекал время - мне было все это в диковинку и потому любопытно) все семеро начали кашлять, сморкаться. Конечности их принялись дергаться, глаза выкатились, рты жадно хватали воздух. Это слишком походило на дискотеку, чтобы быть правдой. Я приказал прекратить балаган. Hо тут они повалились на пол, соскребывая ногтями ног лак с паркета, и тогда я понял, что все идет не совсем так, как было запланировано в нашем распорядке дня, утвержденном, кстати, самим генеральным директором. Секретарша вызвала "скорую помощь", и через час нам позвонили из больницы и сказали, что наши сотрудники поотбрасывали копыта на все четыре стороны. Лишь Афанасий - любимец коллектива - остался жить своей тихой жизнью коматозника-отшельника. Поначалу мы решили, что они все отравились. Hо эту версию пришлось отмести - зарплату работникам не платили уже полгода, и есть им было нечего. Тогда началось расследование, в ходе которого было обнаружено, что одна из программ для просмотра файлов графического формата JPEG оказалась заражена опаснейшим неизведанным вирусом. Мы в срочном порядке отформатировали все винчестеры в институте. Так как не были уверены, что простое форматирование погубит вирус (ведь, например, не все бактерии погибают при кипении), для пущей уверенности в безопасности мы проделали форматирование три раза, после чего все компьютеры были вывезены за город и скрупулезно закопаны в землю. Приехавшие из Центра эксперты переписали один экземпляр вируса на магнитооптический диск и подвергли его экспериментам. Вирус этот получил название СКИД - Синдром Компьютерного Иммунодефицита.