— Видите ли… — начал дядя Алеша. И Валька, к своему изумлению, увидел, что дядя Алеша немного покраснел. — Видите ли, мой уважаемый Тин Тиныч, я сначала должен вам кое-что сказать, вернее, объяснить. И мне будет очень жаль, если то, что вы сейчас узнаете, вам почему-либо не понравится или покажется странным…

Дядя Алеша замолчал. Он снял очки и начал рассеянно протирать стекла мятым клетчатым носовым платком. Глаза его без очков показались Вальке еще ярче, совсем голубые. От них ощутимыми волнами пошло тепло и коснулось Валькиного лица.

— Конечно, в век техники, покорения космоса… — снова начал дядя Алеша. — Многие считают, что я… Но ведь одно вовсе не противоречит другому, даже наоборот! Что ж, лучше сказать прямо, если уж я решил сказать. Я… Только, пожалуйста, очень вас прошу, не вскрикивайте и не делайте удивленное лицо… Да, я — волшебник!

У Вальки даже дыхание перехватило. Он покачнулся на табурете. Хорошо еще, что это был крепкий, устойчивый табурет на четырех ножках. А то бывают такие дрянные трехногие табуреты. Сидя на таком трехногом табурете, даже нельзя чему-нибудь как следует удивиться — непременно полетишь на пол.

— Здорово… — прошептал Валька.

Лицо дяди Алеши вдруг изменилось, даже както просветлело. Он улыбнулся с облегчением, словно Валькина радость передалась ему.

— А… ну если так, отлично, отлично!

Волшебник Алеша прошелся по комнате, в задумчивости постукивая себя пальцами по губам.

— Что же нам придумать, что придумать? Как нам доставить карту на нашу бригантину! Не прибегнуть ли нам к помощи моего джинна?