«Служу Советскому Союзу!» — мысленно произнесла валютница, плотно захватив ногами поясницу потенциального шпиона.

ВАЛЮТЧИК — перепродающий валюту. Некогда из самых рискованных и уважаемых профессий в Одессе. Уголовный кодекс оценивал трудовые подвиги В. в диапазоне от семи лет заключения до окончательного переисправления в виде расстрела.

В кабаке, кроме явных нескольких немцев, смоктавших три часа подряд одну рюмку коньяка было полным-полно советских людей — валютчиков, фарцовщиков, артельщиков, блядей и агентов комитета не под их соусами.

Вместо того, чтобы стать, как остальные пацаны, спекулянтом, приемщиком бутылок, директором гастронома или еще каким-то уважаемым человеком, вроде продавца комиссионки или даже валютчика, это позорище нашего двора пошло на завод, где сейчас норовит получить зарплату за прошлый год.

В те годы стать валютчиком было так же опасно для здоровья, как сегодня пить воду из крана.

ВЕРЫ ИНБЕР ПЕРЕУЛОК — синоним свидания с венерологом. В этом переулке находится заведение, с незапамятных времен именуемое Триппер-баром.

Тот не мужчина, кто не побывал у Веры Инбер.

Субъективность подобного высказывания доказывает эпиграмма:

Ах, у Веры Инбер В завитушках лоб. Все смотрел бы, Все смотрел бы на нее б.

ВЖЕ — уже.

Красотка Роза танцевать вже не хотела, она вже с Ваською порядочно вспотела…

— Сема, шо ты не хочешь жениться на Саре?

— Так она ж криворотая!

— Так хорошо, она будет тише на тибе орать.

— Так в нее ж одного глаза нет.

— Подумаешь, большое дело. Она меньше будет за тибе подсматривать.

— Так она еще ж и хромая.

— Так это просто за счастье. Такая жена никогда тибе не догонит, если решишь сбегать на рыбалку.

— А шо она горбатая?

— Ой, Сема, ты такой привередливый. Может вже у девушки быть один маленький недостаток?