Лежать было жестковато, но неудобство компенсировало легкое тепло, струившееся из чрева нью-йоркской подземки. Главное, чтобы не пошел дождь. Непромокаемых газет в Штатах пока не догадались выпускать…

Роберт был сыном фермера средней руки из штата Арканзас, что позволило ему в свое время выучиться на механика по судовым двигателям. Устроиться в солидную трансконтинентальную компанию, как рассчитывал, не удалось. Однако и у владельцев каботажных прибрежных флотилий зарабатывал неплохо. Затем ему дважды не повезло — дважды его хозяева терпели банкротство и вынуждены были для погашения займов продавать суда, лишая этим самым работы сотни моряков. Первое увольнение Роберт перенес безболезненно, потому что быстро нанялся на небольшой сухогруз. А после второго увольнения и начались его мытарства.

Пробовал подрабатывать мусорщиком, сторожем зоопарка, грузчиком в крупном универсальном магазине. Здесь он растянул сухожилия на правой руке, пытаясь удержать контейнер с посудой, соскальзывающей с погрузчика. Хозяин вежливо, но по-деловому дал понять

Роберту, что с больной рукой он ему не нужен. «Коль уж не везет, так до конца», — подумал Роберт.

Некоторое время парня поддерживали деньги, накопленные за период работы на суднах. Пособия по безработице он не получал, так как не вписывался в какие-то там правила. На чековую книжку он молился, как на библию, берег ее, как последнюю соломинку, за которую можно будет ухватиться в критический момент. И он наступил. Если такой момент очень ждешь, он обязательно наступит.