- Ну вот, а я - Штирлиц, - и Штирлиц достал из кармана бутылку водки, тощую селедку и три банки тушенки.

При виде тушенки Томпсону захотелось прыгнуть в окно, но Штирлиц предупредительно запер его и завесил шторой.

- Ах, Штирлиц! - Томпсон мечтательно закатил глаза. За завербование Штирлица Лююбимый Шеф обещал насовсем свою походную секретаршу, три колеса от "Порше" и новые кальсоны.

- Так что, товарищ Штирлиц, можно считать, что мы вас завербовали? спросил Томпсон, все еще не веря своему счастью.

- Считать и на счетах можно, - уклончиво ответил Штирлиц, и Томпсон понял, что его одурачили.

- Нет, но все-таки, това-арищ Штирлиц? - протянул он. Можем мы на вас рассчитывать?

- Можете. Самое главное - море водки и гора тушенки, прямо ща, а там разберемся.

- Ах да, конечно... сейчас... конечно... - Томпсон засуетился в поисках листка бумажки.

- Вот и договорились, - грозно сказал Штирлиц, поигрывая кастетом. Ему очень хотелось послушать, как будет кричать шеф разведки.

***

- Нет, Штирлиц, все-таки расскажите нам, как это вы ухитрились заставить себя завербовать самого шефа разведки мистера Томпсона? - пастора Шлага интересовала чисто профессиональная сторона дела.

- Да так, прислоняешь его к двери, бьешь, когда перестает стонать отпускаешь, - пошутил Штирлиц.

Пастору стало страшно, и он пролил какао на новую сутану, а заодно забрызгал Штирлица, за что получил кулаком по жирной роже.

- Штирлиц, а ты на работу ходить будешь? - спросил Борман, повизгивая от восторга.

Штирлиц задумался. В таком положении он и встретил рассвет.

***

По Капитолийскому персоналу прокатился слух, что у шефа разведки появился новый сотрудник, очень деятельный и свирепый.

К вечеру первого рабочего дня Штирлица все уже знали, кто в Капитолии хозяин.