Гоп-тили-тили-тумбия, Потому что спать заставим, Гоп тили-тили-тумбия! Пришел я, сел на бережок, Сорвал и нюхаю цветок. Все шито и крыто… Держу авоську с фонарем, Поди узнай, какая в нем Собака зарыта? Мы уложим их в подвале, Гоп-тили-тили-тумбия, Чтоб они умнее стали, Гоп-тили-тили-тумбия, Чтоб учились, чтоб старались, Гоп-тили-тили-тумбия, Чтоб вообще не просыпались, Гоп-тили-тили-тумбия.

Ученые уходят. На сцене остается один Тур-Непс со своей скрипкой и свеклой. Он собирает сельскохозяйственные орудия и довольный напевает:

Я садоводством, Животноводством И огородством увлечен, Мне по наследству Достался с детства Сельскохозяйственный уклон.

В это время над сценой раздается страшный свист и грохот. Но Тур-Непс ничего не замечает, он продолжает петь:

Все воскресенья И дни рожденья Я на участке провожу. Я днем и ночью Взрыхляю почву И удобрения вношу. А мой приятель, Изобретатель, Не понимает одного: Что без картошки Протянешь ножки И не откроешь ничего.

Крики и свист наверху усиливаются. Тур-Непс на минутку прислушивается, а затем снова продолжает:

Я не философ В других вопросах, Но ясно мне, как дважды два: Была бы грядка, А к ней лопатка, Все остальное — трын-трава!

Пританцовывая и довольно потирая руки, он уходит со сцены. И тут же со страшным свистом на парашютных стропах на сцену опускается главный хулиган и оболтус, главарь бандитской шайки Адис-Абеба. Его правая нога согнута в колене. К колену пристегнута традиционная пиратская нога, сделанная из перевернутой бутылки с ромом.