Глядя на вещь, Рукавишников почесывает пузо, Кузмин переносицу, Клюев - чешет в затылке, Маяковский - в мошонке. У Саши Черного тоже свой собственный зуд - но зуд подвздошный приготовление к звучной и точно адресованной харкотине.

Во всяком случае, четверть века назад, когда я впервые напился до такой степени, что превозмог конфузливость, первым моим публично прочитанным стихотворением был, конечно, "Стилизованный осел":

Голова моя - темный фонарь с перебитыми стеклами,

С четырех сторон открытый враждебным ветрам,

По утрам ...

- ну, и так далее.