— Он был хорошим пловцом? — спросил Малко.

— Вообще-то да. В прошлом он даже участвовал в соревнованиях. Но вот ведь какая штука: мы располагаем сведениями о том, что незадолго до этого случая он получил серьезную травму позвоночника, и ему трудно было даже ходить, не говоря уже о заплывах на дальние дистанции...

— Но кому могла понадобиться его смерть? Насколько мне известно, Большая Багама никогда не была оплотом КГБ...

Джордж Мартин нехотя объяснил:

— Несмотря на свои молодые годы, Митчелл был очень ценным ученым. Он разрабатывал почти все шифры, которыми сейчас пользуются Госдепартамент, военно-морской флот и ВВС. Он знал об этом все, решительно все!

— Вот как... — пробормотал Малко.

Лицо Джорджа Мартина постепенно приобретало оттенок неспелого лимона.

— Что ж, если мистер Кларк вам полностью доверяет, я даю добро. Но прошу вас: обязательно проясните это дело. Речь идет об одном из самых умных людей, которых я когда-либо встречал.

Мартин пожал Малко руку, кивнул Кларку и вышел.

— Что за бред? — скривился Малко, как только за Мартином закрылась обитая кожей дверь.

На лице Уильяма Кларка появилась холодная усмешка.

— Если бы это не грозило бедой нам всем, я бы над ними только посмеялся. У них в АНБ все помешаны на конспирации. Каждый раз, когда у нас или в ФБР происходит прокол, они вопят, что у них, мол, никогда не бывает ни накладок, ни двойных агентов... Я бы не пошел к ним и за десять тысяч долларов в месяц. Вокруг корпуса у них двойной забор из колючей проволоки, а по углам — вышки с пулеметами. Окон, по-моему, вообще не существует. А своих ребят они регулярно пропускают через детектор лжи и каждую неделю устраивают им семинар по служебной секретности.

Малко рассматривал фотографии. Вернон Митчелл был высоким молодым человеком с зачесанными назад светлыми волосами и правильными чертами лица. Довольно симпатичный, но не слишком примечательный парень. На одной из фотографий он шел по улице под руку с высокой девушкой. У девушки было несколько угловатое, но миловидное лицо.