Он заявился через неделю, в компании нескольких других

шпионов. Они обшарили комнату и не нашли подслушивающих уст

ройств. Одобрительно похлопав Старкова по плечу, они уселись

в гостиной, где обменивались свертками и папками с грифом

"Совершенно секретно", пили чай и чистили оружие.

-Герр Старкофф,- позвал один из них,-Мы есть вести ошень

важный бесед. Не могли бы фы сыграйт на музыкальный инстру

мент, чтобы никто не подслушал?

-У меня есть гитара, барабан и аккордеон,- подумав, ска

зал Старков,-Что вы предпочитаете?

Немцы переглянулись и одобрительно закивали:

-Oh, ja, ja! Akkordeon ist zehr gut!

Достав свой трофейный "Waltmaister", пробудивший в не

мецких агентах благодушную ностальгию, Старков всю ночь на

пролет проиграл на нем. Следующим вечером завалилась целая

толпа шпионов. Они пили розовый портвейн в неимоверных коли

чествах, закусывали копченой селедкой и просили Старкова сыг

рать еще.

-Мы слысали, сто Вы осень хоросе играете на аккордеонси

ке,- с улыбкой говорил подвыпивший японский разведчик Кенобу

ки Акигиро.

Старков играл вальсы, польки, марши, русские плясовые и

песни собственного сочинения. Шпионы нестройно подтягивали в

припевах, а во время исполнения плясовых пускались вприсядку

выписывать кренделя вокруг стола.

-Вы, господин Старкопулос, большой мастер! - уважительно

говорил расчувствовавшийся греческий шпион Иннокентий Полто

раки.

Все шпионы, по возвращению на Родину рекомендовали кол

легам посетить Старковскую квартиру. Теперь там постоянно шли

какие-то диспуты, шпионы выпивали неимоверное количество ро

зового портвейна, знакомились и братались. Двое агентов (он

из Ирана, она - из Ирака) даже решили пожениться и попросить

политического убежища, которое не замедлил предложить им