- Какое безобразие! Вот вам - демократия! И куда только местком смотрит?!

- Местко-ом?.. Ну, знаете ли, наш местком вообще всегда будет поддерживать руку управляющего, даже когда она наносит удары в буквальном смысле... Пока мы с вами не перевыберем этого подхалима Ступицына, так оно и пойдет дальше.

- Местком, говорите, будет поддерживать?

- Безусловно. Ну, я пошел, мне некогда... Пока.

- Елизавета Корнеевна, вы слышали, как они с ним расправились?

- Кто с кем?

- Ах, вы ничего не знаете?! Мне сейчас рассказал Василий Павлович Трухин: оказывается, наш управляющий накинулся на Карпентьева из строительного отдела и нанес ему побои. А председатель месткома - этот ваш любимец Ступицын - стоял тут же и еще, знаете ли, от себя наподдал. "Это, говорит, тебе за критику управляющего, это - за нападки на местком!" Так они вдвоем разделали Карпентьева, что у него на шее, на спине, на боках живого места не осталось!

- Какой кошмар! И неужели Карпентьев ничего не мог сделать?

- Я думаю, что он пытался сопротивляться. Тем более вы же знаете: Карпентьев всегда ходит с палкой... Но тут, можно сказать, двое против одного... Он замахнулся палкой раз, замахнулся - другой, а потом все-таки они с ним совладали.

- Какой кошмар! Ну, и где же он теперь?

- Кто? Карпентьев? В больнице, безусловно... А вы как думаете?! А эти двое - скорее всего - в милиции: протокол-то все равно надо составлять...

- Ай-ай-ай! Ну и нравы у нас!..

- Ай-ай-ай!.. Сергей Степанович, вам известно уже?

- Что именно?

- Нет, вы только представьте себе: ваш-то скромник Карпентьев из строительного отдела не то - в милиции, не то - в приемном покое Второй больницы...

- Карпентьев? За что?