Абрамов ответил, что не в обычаях его страны платить гостям. В результате Фишер провел лишь несколько блиц-партий с будущим чемпионом мира Тиграном Петросяном. Даже в том возрасте стремление Фишера к признанию было очевидным. Его неуважение питалось въевшейся в сознание антипатией ко всему советскому, активно подкрепляемой нарастающим антикоммунистическим климатом США. Переводчик Фишера пожаловался начальству, что тот проявляет грубость, и паломничество было закончено. Американские правительственные документы содержат сообщение, что, будучи в Московском шахматном клубе, Фишер назвал русских «стадом свиней» и написал оскорбительную открытку, которую цензор мог показать советским шахматным властям.

Следующие пятнадцать лет карьера Фишера представляла собой длинную, неровную, извилистую тропу; он сводил с ума тех, кто его поддерживал, следуя к желанной цели — сразиться за шахматную корону. В то время, чтобы стать участником матча на первенство мира, необходимо было преодолеть три препятствия. Первым был региональный этап — зональный турнир. Затем международный этап — межзональный турнир. Наконец, победители последнего сходились в битве, называемой турниром претендентов. Победитель этого соревнования получал право встретиться с чемпионом мира в борьбе за титул. Весь цикл чемпионата проходил примерно раз в три года.

Выиграв американский чемпионат, Фишер автоматически попал в межзональный турнир 1958 года, проходивший в югославском курортном городке Портороже. Он самонадеянно объявил, что его стратегия на пути к турниру претендентов — сыграть вничью с сильными гроссмейстерами и побить слабых, и эти прогнозы были восприняты как юношеская бравада. Однако Фишер почти добился обещанного, победив в шести партиях, проиграв лишь две и сделав пять ничьих. Таким образом, он стал самым молодым международным гроссмейстером в истории шахмат. Его игра совершенно справедливо была названа поразительной, дав ему место в турнире претендентов, который должен был проходить на следующий год в Югославии.