-- Спасибо, -- сказал скульптор, любуясь законченной работой. -- Вы свободны!

Натурщик встал, с хрустом потянулся и, сладко зевнув, спросил:

-- Месье Роден, а как назовете скульптуру, придумали?

-- Придумал! "Мыслитель"! Да! Да! "Мыслитель" Родена!

________________________________________________________________________

ПернатыЙ

Перед сном на блаконе как-то раз зазевался, -- шарах по морде, ни с того, ни с сего! Да еще врываются в рот и трепещут!

Вот вам свобода слова! Сказать не успел, уже рот затыкают, да в темноте еще не поймешь чем!

Я кляп пожевал, -- отбивается! И на вкус вроде птичка сырая, в смысле, живая, но породу языком не определишь. По клювику -- дятел! Та-ак, думаю, мало мне соседей сверху, тараканов на кухне, так еще дятел долбит дупло во рту! Даже внутри себя не хозяин!

Языком выталкиваю, руками, -- ни в какую. Мало того, что без стука в чужой рот лезут, так еще переночевать норовят. Еле-еле на свободу вытолкал. Причем кого, в темноте так и не разобрал. Тьфу! Зубы чищу, а оттуда перья да пух!

Утром на балкон вышел в тапочках, зубы стиснул, не дай бог снова зевну... И тут "вжик" и "вжик"! Птичка надо ртом моим крутит! Досиделась, бедняга, голыми лапами на проводах, умом тронулась, забыла, где дом родной. С моим ртом перепутала.

А птичка, скажу вам, странной наружности на свету оказалась. Не дятел и не совсем воробей, хотя морда нахальная, но перышки в иностранную крапинку. Вдруг колибри?! Или такой вариант: колибри нечаянно к нам залетела, с воробушками спуталась, и в результате такое вот колибря.

Я пальцем вверх тычу: "В нашей стране птицы под крышей живут! Идиотка!" -- говорю ей сквозь зубы, но не со зла, а чтоб в рот не прошмыгнула на полуслове.