– А генерал Робуста ничего передать не просил? – съязвил Пис.
– Вы знаете генерала?! – просиял лейтенант.
Пис сказал еще что-то, но гул лопастей заглушил слова. Он проследовал за лейтенантом Эспрессо в кабину. Вертолет поднялся над старинной Пьяцца де Чипполино и отправился вдоль Тибра на северо-восток, в сторону Флоренции.
Глава 5
Час спустя вертолет приземлился на знаменитой площади Сан-Марко во Флоренции.
– Добро пожаловать в красивейший город Старой Европы, сеньор! – крикнул лейтенант Эспрессо, выпрыгнув вслед за Писом на старые, нагретые солнцем камни. – Перед вами – площадь Сан-Марко…
– Если не ошибаюсь, это та самая площадь, на которой передовой человек своего времени Лоренцо Медичи установил золотой столб в виде иглы, чтобы провести через ушко своего верблюда?
Пораженный осведомленностью американца, лейтенант раскрыл рот.
– Медичи – величайший деятель нашей истории, – сказал он наконец. – Этим поступком он первым сломил косность авторитарной католической церкви, утверждавшей, что будто бы легче верблюду пройти в игольное ушко, чем богатому попасть в рай.
– Медичи сделал ответный ход. – кивнул Пис. – Тем самым он поколебал абсолютную власть папы и заложил первые представления об экономическом либерализме. За это его последователей подвергали жестоким гонениям: ведь Италия чуть было не отпала от католицизма и не приняла более прогрессивные идеи! Медичи вступался за права женщин и сексуальных меньшинств, что было неприемлемо для католического священства.
– Да, да… – кивал лейтенант, ведя профессора через площадь. – Подумайте только, какой по-настоящему передовой страной была бы Италия сейчас, если бы тогда, в 15-м веке, выбрала верный путь! Но Ватикан не отдал своей власти, и вот в итоге мы прозябаем в качестве второстепенной страны где-то в Европе.
Они уже почти достигли дворца-музея, когда оттуда послышались ужасные крики.