Официально Мустафаев работал на мясокомбинате, но на самом деле считался самым перспективным агентом секретной организации, именуемой Главным Комитетом Чрезвычайной Безопасности.

Сейчас Комитету было дано специальное задание - отыскать партийные деньги, которые в годы Застоя были переправлены с курьерами за границу. Проблема заключалась в том, что эти деньги потеряли сами коммунисты. Бюрократическое устройство партии не позволяло однозначно сказать, кто именно открывал счета и теперь мог взять эти деньги.

Недавно шеф службы Борман высказал предположение, что в этом деле может быть замешан Штирлиц, а Борман ошибался редко, а где ошибался, там, скорее всего, просто хотел соврать. Кроме этого, Борман посоветовал Мустафаеву "пощупать" пастора Шлага.

Проследив за Штирлицем, хладнокровный Мустафаев убрал Филимоныча, который мог запросто оказаться агентом Штирлица, и решил отвинтить у "БМВ" русского разведчика одно колесо, чтобы посмотреть, что из этого получится.

Справившись со своей задумкой, чеченец подождал, пока Штирлиц отъедет на некоторое расстояние, потом завел "Мерседес" и устремился в погоню.

Пока все шло прекрасно - хваленный суперагент даже не заметил, что на его хвосте повисла чужая машина и одно колесо у него грозит вот-вот отвалиться. От сознания своего величия Мустафаев довольно улыбался.

Сотрудники ГАИ Портупеев и Фуражкин стояли возле своего заляпанного грязью мотоцикла. Как говорили в народе, эти двое были неприхотливы и кормились прямо на асфальте. Они внимательно рассматривали проезжавшие мимо машины.

Все машины тащились на предельно низкой скорости, наученные горьким опытом. Очевидно, в прошедшие дни ГАИшники их уже штрафовали.

Портупеев курил, а Фуражкин листал газеты.

- А я думал, ты не читаешь газеты, - подколол напарника Портупеев.