Целую неделю, и днем и ночью, и в холод и в зной, сидела засада. В тяжелейших, нечеловеческих условиях. Непристойные запахи, насекомые, крысы, бомжи, отсутствие биотуалета… Сотрудники хоть и менялись, но настроение их от этого не улучшалось. Еще бы – сколько добрых дел можно было сделать за потраченное впустую время. Терпение могло вот-вот лопнуть, и ничего хорошего ворюге это не сулило. Усталые бойцы незримого фронта делились друг с другом человеколюбивыми планами о том, что сотворят с гадом и в какой позе.

И вот, наконец, их звездный час настал! Поздним унылым вечером невзрачный небритый молодой человек, светя фонариком и, словно связник на явке, озираясь по сторонам, спустился в подвал. Внешний вид еще тот – бритая башка, потрепанная футболочка с портретом наркоманского певца Боба Марли, рваная джинса и кроссовки. Типичная шпана. Когда, раскидав картон, он поднял с земли видеодвойку, в небо взмыла сигнальная зеленая ракета, из-за грязных труб выскочили крепкие ребята в костюмах-двойках и молча, но больно отыгрались за потраченное время. Человек не успел даже рта раскрыть. Раз – и темно. И только песня Боба Марли звенит в голове.

Сознание вернулось к несчастному только в камере отдела, куда его зашвырнули твердой мозолистой рукой. Каково же было негодование честных и неподкупных милиционеров, когда из заднего кармана джинсов задержанного выпало удостоверение оперативного уполномоченного уголовного розыска. Ага, оборотень! И только хладнокровие и высокий профессионализм не позволили добить гада.

Через час, когда оборотень пришел в себя, все выяснилось. «Не оборотень я, братцы, а честный опер! Век зарплаты не видать! В соседнем районе службу тяну! Повязал квартирного вора, а он взял еще один „глухарь“! И даже рассказал про подвал, куда припрятал барахло… Я и решил проверить! Они ж, сволочи, хитрые, врут, не стесняясь, лишь бы не били… Этот не соврал… А что форма одежды у меня такая, так то по глупости…»