— Ой, расскажите, как вы живете?

— Ой, пойдем с нами купаться.

— Мы не можем, — сказал Гена. — Мы в Москву идем.

— В Москву пешком? — удивились мальчики.

— Ну да, — сказал Чебурашка.

— А почему?

— Вообще-то мы ехали на юг в отпуск, — ответил Гена. — Но у нас билеты в вагоне пропали и нас высадили.

— Но скоро уже вечер, — сказал маленький Мкртчян. — Оставайтесь у нас ночевать. А утром пойдете.

— У вас здесь есть гостиница? — удивился Гена.

— У нас здесь есть сеновал. Мы на нем часто спим.

— А что? — воскликнул Чебурашка. — Я ни разу в жизни не спал на сеновале.

— Ладно, — сказал Гена, — там мы и торт съедим.

— Ура! — закричали дети.

И весь день они купались с ребятами. Загорали. Гена катал мальчиков на спине по речке. Они прыгали в воду с тарзанки.

Когда на тарзанке висел крокодил Гена, держась за палку зубами, дерево стонало и скрипело. А Гена не умел вовремя разжать зубы и все время нырял не в воду, а на берег. Хорошо, что четыре брата успевали поймать его почти у самой земли.

Вот наступил вечер. Друзья взяли торт и пошли к сеновалу. Это был большой такой сарай с видом на звезды через дырки в крыше. Он был завален душистым сеном.

Иванов, Петров и Сидоров сбегали домой и принесли молока. А маленький Мкртчян приволок большой каравай черного хлеба.

Душистый вечер подступал со всех сторон. Они сели пировать.

— А мне жаль старуху Шапокляк, — сказал Чебурашка. — Она одна где-то там в лесу.

— Сам ты, балбес, один где-то там в лесу! — послышался голос из глубины сена. — А я здесь давно лежу в засаде. Уже целый час.

— А на кого у вас засада? — спросил Гена.

— Я еще не решила, — ответила старуха. — Мне и вы не нравитесь, и туристы не нравятся. Я пока не решила кто больше.