Думал – все! Заткнется Петька! А он… смотрю – стоит с книгой, и подписъ: «На вручении мне Букеровской премии»!

Ах ты, думаю, козел! Ты ж до восьмого класса в слове «мама» две ошибки делал! Вместо «а» писал «у»! Ты ж в девятом вместо «Лев Толстой» сказал «Лев Толстый»! Ты ж до десятого думал, что «Болдинская осень» Пушкина от слова «балдетъ»!

Ну, я три дня думал, что делать, а потом вымазал себя сажей, сфотографировался и написал: «Памятник мне работы Церетели. Планируется установить на улице, названной в честь меня: „Проспект Баранкина“!

И тут вдруг – бац! Смотрю сайт – сообщение: вечер встречи!

Думаю: Петька, гад, небось, на «Мерседесе» приедет, а я что ж – на трамвае?! И в курточке, которую мне мама в седьмом классе подарила?

Взял у соседа смокинг, договорился с водителем БМВ, у которого на крыше мигалка, что подвезет к школе, погудит, а когда все из окон выглянут – дверь мне откроет и честь отдаст.

Поехали, смотрю – Петька идет… грустный, ботинки стоптаны. Жалко мне его стало, взял я его в машину, а когда подъехали мы к нашей школе, водитель погудел, и мы с Петькой вышли. Пускай все думают, что и у нас все хорошо!

О друзьях автора

Году в 82-м приятель журналист говорит: «Выпить хочешь?» Я говорю: «Так у тебя же денег нет». Он говорит: «Это тебя не должно волновать, пошли!»

Мы свернули с Петровки к ресторану «Будапешт» и… прошли мимо входа, зашли за угол, поднялись по лестнице черного хода и оказались в предчердачном помещении.

Приятель открыл окно в сентябрьский вечер, придвинул к подоконнику старый канцелярский стол, заляпанный чернилами, выудил из хлама в углу два стула, смахнул с них пыль, потом убежал вниз и вернулся с бутылкой вина и двумя тарелками с едой.

Выпили, закусили, он говорит:

«Хочешь еще?»