- Почему худею? - продолжала недоумевать Рыся. - Я кушать хочу.

«Интересно», - лихорадочно соображал Топтыгин. - «Где эти сволочи-пчелы собирали мед, который я вчера у них украл? И ведь съел-то немного».

- Поправьте меня, если я ошибаюсь, - лопаясь от вежливости осведомился Миша, - Но рыси, кажется, едят мясо?

- Так это рыси, - мило улыбнулась кошка.

«Я схожу с ума», - понял медведь, но виду не подал и, придвигаясь бочком к деревьям задал главный вопрос:

- А, позвольте поинтересоваться, ВЫ сами кто будете?

- Как кто? - еще шире распахнула очаровательные глаза Рыся. - Ой, Миша, вы такой смешной. Я же Заинька!

Медведь перестал карабкаться вверх только когда почувствовал, что вершину кедра опасно раскачивает.

- Заинька... - повторил Хозяин и глупо захихикал. Больше всего пугали глаза кошки - круглые, желтые и чистые.

- Миша... Ми-и-иша... - донеслось с соседнего дерева. Медведь обернулся и глубоко вздохнул: - А ты у нас кто, белочка?

Волк весил поменьше и залезть сумел повыше. Теперь он висел, обхватив ствол передними и задними лапами, и судорожно пытался обвить кедр коротким хвостом.

- Вот ты с-с-смеешься, а... а.. ко мне она п-п-первому подошла!

Оба помолчали.

- Миша, слушай, а как ты так ловко за дерево держишься? А то у меня лапы затекли, сейчас как грохнусь...

- Когтями цепляйся, - ответил медведь, чувствуя, что он и сам, похоже, провисит недолго. Не медвежонок, чай... - С-серый, у нас пожаров вроде в последнее время не было? Может она дыма какого-то нанюхалась?

- Да не было пожаров, я уж сам думал, - с надрывом ответил волк.

- Тогда не понимаю. Слушай, надо что-то делать. Нам только сумасшедшей рыси в лесу не хватало. Ладно она себя пока зайцем считает. А то решит, что горностай - вот наплачемся.

Волк вздрогнул. Даже по суровым таежным меркам горностай считался зверем не по-звериному лютым.