мне шнурки в стакане,Приди ко мне, Анна!Май, май, май, май,Я тебя люблю, ты знай!Я вижу твои коралловые губы,Я вижу твои ангельские зубы,Твои изящные ноги,Подожди меня немного!Короче, в смысле ты ушла,Короче, в смысле ты ушла,Короче, в смысле такие вот дела,А ты, короче, блин, ушла…Тебя я типа ждал, а ты ушла…Унылая роса.…Такие, блин, дела…Девчонок я люблю, короче…Люблю я их типа, блин, всегда!Люблю короткие юбчонки,Люблю их веселые глаза!Короче, в смысле такие типа вот дела,А ты, короче, блин, ушла!»

Стоявшая машина рядом с форточкой с шумом уехала куда-то.

– Зачем штамповать такой песенный хлам? – спросил Ангел остальных. – Неужели подросткам приятно слушать наспех сочиненные кем-то строки?

На концертах, передаваемых нашим телевидением, можно часто видеть выступления разных молодых певцов и певиц, исполняющих такие песенки, – ответил Ангелу мужчина в тельняшке. – Часто даже организуют концерты молодых талантов, где всякие начинающие изображают себя звездами и кривляются, как хотят…

– Да-а, – глубокомысленно заметил Ангел, – чем бы дитё не тешилось, лишь бы оно политикой не интересовалось! Лишь бы не спрашивало у своей власти: а почему мы так плохо все живем?!

Внезапно дверь изолятора резко открылась, в изолятор вошли двое полицейских. Они поманили пальцами Ангела к себе.

– Пошел на выход! – скомандовал один полицейский, видя, что Ангел стоит и не идет к ним. – Пошел на выход!

– Руки быстро за спину, пошел на выход! – скомандовал другой полицейский.

– Пока! – крикнул мужчина в тельняшке.

– Вернее, до скорой встречи с нами, – усмехнулся мужчина с синяком.

После короткой беседы с начальником полицейского отделения Ангела отпустили.



33 из 134