Стшалковские с Тереской вернулись только в половине пятого. К этому времени Шпулька успела сделать многое: нашла место для ночлега, перемыла всю посуду, искупалась несколько раз и установила дипломатические отношения с мужиком, косившим неподалёку лужок. Крестьянин великодушно разрешил разбить палатку даже на две ночи, не возражал и против разведения костра, а также поделился ценной информацией о деревне, где можно купить творог и яйца и до которой всего километра два по суше и чуть меньше — по воде.

Тереска, кроме продовольственных и косметических товаров, привезла ещё туристскую карту и богатейшие сведения об окрестностях.

— До самого Гижицка — сплошная безнадёга, — расстроенно докладывала она подруге. — Заповедники и заповедники, а к тому же оживлённое движение, милиция ловит нарушителей и штрафует направо и налево. Зато я знаю, как проплыть на озеро Негочин. Через канал. Ума не приложу, что нам делать?

— До завтра можем оставаться здесь, — с удовлетворением ответила Шпулька. — Даже до послезавтра. Вон там, у лесочка. Разрешено.

И рассказала о своих достижениях. Тереска слушала без особого энтузиазма и поглядывала вокруг.

— Тут мы будем как на витрине, — недовольно проворчала она. — Здесь постоянно такое движение на воде?

— Постоянно. И все пялятся. У лесочка немного тростник заслоняет, но купаться нельзя. Там пиявки. Да, ещё я видела…

— О рыбалке в таком месте и не мечтай, — прервала подругу Тереска. — Будем есть колбасу, что я купила.

— Подожди, ты и представить себе не можешь!

Я видела…

— Потом, давай я искупаюсь прямо здесь, раз там нельзя. И будем сразу перебираться к твоему лесочку.

Супруги Стшалковские распрощались, обещав через неделю снова отыскать девчонок, когда отправятся на озеро Снярдвы. Шпулька пошла в деревню за яйцами и сыром, а Тереска устраивалась на опушке, чрезвычайно довольная тем, что обнаружила несколько больших, довольно плоских камней, из которых очаг получался ещё лучше, чем из предыдущих, развороченных неизвестным злоумышленником. Место для палатки было специально выбрано прямо за камнями, чтобы огонь освещал площадку перед ней. При этом Тереска демонстративно не обращала внимания на какого-то настырного типа с удочкой, несколько раз прошедшего мимо, и в зародыше придушила опасения Шпульки в отношении камней.