Взрыв торпеды снял бы весь легкий корпус «Курска» и повредил бы «Мемфис», но вот добрался бы он до прочного корпуса «Курска»? Сомневаюсь. Пусть меня переубедят.

Взрывная волна распространяется по линии наименьшего сопротивления. То есть она уйдет в воду вокруг «Курска». Повредив «Мемфис» и в пространство между корпусами «Курска», сорвав с него легкий корпус, как скорлупу с яйца.

Вы били когда-нибудь сваренные вкрутую яйца? Часто при этом повреждалось само яйцо?

От столкновения наших подводных лодок почти всегда страдает легкий корпус.

От взрыва торпеды пострадает он же. Я не прав? Пожалуйста, возражайте. Готов выслушать.

Телевидение – жвачка. Замена разума. Ум связан со словом. Напрямую. Какое слово, таков и ум. Слово должно звучать внутри. Если внутренняя речь невнятная, то и внешняя его речь находится в том же состоянии. То есть перед нами недоумок.

Внутреннюю речь формирует книга. Не всякая, но та, что написана вкусными словами.

Берем девять томов Белинского и…

У него очень вкусная русская речь. И неважно при этом, о чем он пишет.

В прошлом веке внутренняя речь формировалась еще и письмами. Эпистолярный жанр был в чести.

Отсюда и богатая речь наших предшественников.

Достаточно почитать их переписку. Было такое время, когда я читал только это.

Я прочитал письма Достоевского, Чехова, Пушкина. Мне очень нравилось.

Читает ли нынешнее поколение? А кто его знает? Читает, наверное. Но…

Нас, по всей видимости, ждет технический прогресс и… скудоумие.

О зернышке.

Чиновник должен клевать по зернышку. Тем, кто именно так и клюет, я бы ежегодно вешал на грудь специальную награду– небольшие серебряные птичьи клювы.

О гибели.

Гибель чиновника – повод наполнить бокалы. Братьям по цеху при этом к лицу неуемная скорбь, народу– смех и улыбки. В конце дня хорошо бы устроить кулачные бои.