Александр Покровский

Бортовой журнал 6

О, дайте вечность мне, —

и вечность я отдам

За равнодушие к обидам и годам.

Иннокентий Анненский

Бортовой журнал 6

* * *

Россия, Россия, Русь святая, где ты, что ты, как ты в сердцевине и на окраинах?

Да неужто же ты жива еще – дышишь, дышишь на манер того заиндевелого путника, что не рассчитал свои силы и двинулся в путь в надвигающуюся пургу; и как он вышел, все видели, а вот только не дошел он вовсе до пункта своего назначения, упал, сердешный, разметав по просторам свои стылые ноги, и снегом его занесло, запорошило; а потом окрестные ребятишки нашли его в поле, кликнули мужиков и баб, а те и подсуетились – и ну слушать биение сердца: вот ведь оно, вроде как бьется! – отчего и притащили они бедолагу поближе к жилью, раздели, уложили в лохань и давай его водой поливать – сначала и вовсе холодной, а потом все теплей и теплей.

И порозовел наконец горемыка, разверз уста свои непослушные да и выдохнул тихонько: «Чайку бы!»

* * *

Рассудочность – главное украшение нашего ума, лишение которого в высшей степени бедственно, а приобретение, стало быть, чрезвычайно трудно.

Вглядитесь в наши лица. Не правда ли, рассудочность – вот то, что бросается в глаза во-первых, а ублюдочность – во-вторых.

И здесь под ублюдочностью я понимаю только то положение, что человек, облеченный доверием, каким-то непостижимым образом все время оказывается у блюда.

Все дело в поводыре.

А поводырь – рассудок.

* * *

Вот это да! Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда отказала капитану первого ранга в отставке, инвалиду второй группы Измаилу Познянскому в признании его участником войны.



1 из 143